natpopova (natpopova) wrote,
natpopova
natpopova

Category:

Про ледяного оленя

- А теперь пойдем на ёлку.
- Чивооо?
- Не чиво. Собирайся. Устроим тебе новогоднюю прогулку по-хабаровски. Ёлка, фонарики, ледяные фигуры, толпы ментов и пьяных сограждан.
- Да ты в своем уме?! Я же приехал в тонкой куртке, я околею на вашем морозе!
- А кто тебе виноват? Надо было думать, тут тебе не Влад. Приехать в Хабаровск на новый год в тонкой кожаной куртке!.. На, вот, свитер. И пошли дышать воздухом. Хватит уже бухать...

Саня, ворча, натянул свитер. Встреча с прекрасным в лице пьяных хабаровчан и чего-то там изо льда его не радовала...

На площади Ленина завывал ветер. Проносясь по трубе Муравьева-Амурского, он со свистом разбивался на два потока: один уходил в завихрениях в сторону парка "Динамо", спотыкаясь о стены гостиницы "Центральной", другой, прямолинейно и упрямо, несся по Карла Маркса. Снег клубами, горами, барханами возвышался вокруг укутанных на зиму фонтанов, соображал какие-то нелепые снежные возвышенности и низменности, иногда оголяя скользкую плитку, которой когда-то по злому умыслу вымостили площадь. Пьяные и трезвые хабаровчане и прочие иногда попадали на эти оголенные участки, скользили, балансировали, падали. Большинство потом поднимались, конечно, но некоторые уже не находили в себе душевных сил. И над всем этим величественно возвышалась... ёлки. Потому что в Хабаровске с недавних пор предпочитали ставить сборную каркасную ёлку, для которой срубали не одну большую, а сто десять (сто десять!) маленьких.

Посреди площади стоял Саня. Злой, замерзший, пританцовывающий. Улюлюканье, пьяные поздравления, вольная интерпретация чего-то русского-народного, льющегося под дыц-дыц из динамиков на сцене, установленной по случаю праздника на площади, раздражало и провоцировало на скандал. В лучшем случае. В худшем - на массовую...

- Саня! Ты посмотри! Посмотри, какая красота!

Мрачный краснолицый Саня перевел взгляд с толпы пошатывающихся танцующих хабаровчан на Серого. Хотел ответить что-то непечатное, но, оглянувшись, осекся.

По периметру площади стояли ледяные фигурки. Эта уже давняя новогодняя традиция Хабаровска была известна всему Дальнему Востоку, да и не только, но за всю жизнь Саня так ни разу и не видел их вживую. А тут... Ледяные скульптуры светились изнутри, преламывая солнечные лучи изгибами, прозрачными стенками, сглаженными гранями. Мир сквозь них искажался, менял формы и очертания, становился неуловимым, неусматриваемым, размытым. Крохотные пузырьки воздуха, застывшего, замерзшего, искрились сквозь толщу льда, словно рассыпавшиеся блестки. Сказочные герои, медведи и матрешки, лодки с парусами, птицы, непонятные хреновины, которые Серый называл абстракциями. И даже олень! Большой олень, в полный рост, с добродушной мордой, широкой спиной, ветвистыми рогами... Он стоял и улыбался Сане. Натурально! Улыбался и даже как-будто шевелил губами.

Саня расплылся в добродушной улыбке и забыл про мороз. Потоптался на месте, оглянулся на друзей и рванул в сторону оленя. Перемахнул за ограду, распахнул объятия...

- Саня, ты куда?! Стой, ты чего? Ты куда? Да щазз же тебя...

Саня обнял улыбающуюся прозрачную морду, погладил по крутому лбу, ухватился за основание рогов и, в порыве захлестнувших его чувств, приложился губами к ледяному носу. Друзья, загибаясь, хохотали и что-то ему кричали. Губы моментально примерзли ко льду, но Саня вовремя отпрянул от манящей ледяной глубины. Приложился щекой к морде, чему-то улыбнулся, захотел убрать руки... и снял оленью голову. Целиком. Держа за основание рогов.

Будто из-под снега выросли фигуры трех милиционеров.

- Гражданин. Зачем вы так с оленем?
- Да я же... да я... - Саня растерянно бормотал, продолжая держать оленью голову. - Я же не хотел. Она... она отклеилась. Отломилась. Я и не думал...
- Он не думал! Он не думал! Граждане, он сломал оленя! - внезапно, из ниоткуда появившийся грязный, укутанный словно капуста бомж бегал вокруг милиционеров и саниных друзей и вопил во всеуслышание. - Он! Сломал! Оленя!
- Да не ломал я его...
- Не ломал, но сломал! Оторвал голову! Голову у оленя! У такого чуда! Даже я - я! бомж! живущий в коллекторе! даже я тут ничего не ломаю! Такую красоту! Как можно?! Такая красота! Даже я, бомж...

Саня поник, сжался, окончательно замерз и начал дрожать. Олень, чья лобастая башка всё так же была в его руках, продолжал улыбаться. Большие прозрачные глаза светились голубоватыми ледяными искорками. Саня взглянул на милиционеров:

- А голову - куда? Как теперь с ней?
- Да положи уж, рядом. На днях мастера придут, эти, скульпторы. Починят.
- Точно? Ее можно назад приклеить?
- Да можно. Наверное. Бросай давай. Пойдем оформляться.
- Оформляться?
- Ну, да. Ты ж все-таки отломал ее. Вон, бомж подтвердит. Василич, подтвердишь?
- Да! - Василич приосанился, выставил ногу вперед. - За скульптуры я - горой!

Саня вздохнул, перелез за ограждение, поежился. Через пару шагов оглянулся. Ледяная оленья морда, лежащая возле передних копыт, улыбалась еще шире. И вдруг подмигнула ;)

112 113 111

P.S.: Основано на реальных событиях. Было давно, но Саня ни при чем, чессное слово.
Tags: сказка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments