natpopova (natpopova) wrote,
natpopova
natpopova

Categories:

Страшненькая сказочка

В свете некоторых событий...

- Ох, ребятки, как же я устала! Кааак я устала! А эти всё ходят и ходят, ходят и ходят! В первый день - тридцать, во второй - сто, в третий уже триста! Сколько ж можно? И за всеми убирай, за всеми подтирай. И эта грязь, эти следы, эти разводы… - Никитична с раздражением фыркнула и затрясла седыми космами. - А я ведь уже не молода. По нашим меркам. Совсем не молода. У меня вот здесь болит, тут не гнётся, того и гляди, на свалку спишут. А мне б пожить ещё, свету белому порадоваться, в пенке радужной побарахтаться…

- Так, и что ты предлагаешь, Никитична? - словно труба прогудел Валера.
- Слышь, слышь, Никитична, - Зяблик сделал насмехающееся лицо. - А у вас возраст как меряется - помытыми квадратными метрами или количеством окунаний в ведро?

Весь зал загоготал, заулюлюкал, закряхтел от смеха. Даже фанерные плитки на потолке тихонечко захихикали. Никитична снова фыркнула, взлохматилась и, повысив голос, заверещала:
- Да что б вы делали все без нас, без уборщиков?! Вы, что, думаете, к вам ходить будут, если я да Матрена мыть вас перестанем? Да кому вы нужны будете с вашими крошками, пятнами и грязью с улицы! Что ж, если я - обычная швабра, значит, со мной и считаться не следует? Да я, можно сказать, тут самая главная из всех вас!
- Конечно, конечно, Никитична, - снова запиликал пивной кран. - Самая главная. Ты же у нас не какая-то там обычная швабра. Ты же у нас эта… эта… высокотехнологичная суперпрофессиональная швабра с универсальной насадкой и телескопической ручкой. Такими даже космонавты у себя там, в космосе, пользуются. На МКС намывают. Да, Валера?
- Да, Зяблик, - усмехнулся дровяной печь. - Болтать ты горазд.

Никитична задрожала всей своей сухой синей ручкой, блеснула металлическим стержнем, мотанула бахромчатой насадкой.

- А вот и да, вот и намывают! Только на нас, на тружениках-уборщиках этот мир, это ваше кафе и держится. Мы тут моем, моем, убираем, а вы только и знаете, что грязнить да мусорить. Как же я от этого устала! Как я от вас всех устала!
- Да будет тебе, Никитична, - вновь загудел Валера. - Скоро санитарный день, тогда все впрягутся. Будем натираться, надраиваться, глядишь, товарок твоих тебе в помощь пригонят…
- Пригонят, - передразнила его Никитична. - Вам бы только гонять нас. А мы, между прочим, и без санитарных дней всё это вокруг моем. Устала, сил нет…

* * *

- Пссс, Никитична! Никитична! Да проснись ты! Вот какая, а, когда не надо, ее бессонница мучает, а тут не дозовешься, хоть из пушки стреляй. Никитична! Эй! Никитична!

Швабра продрала слипшиеся веки, метнула взгляд на часы на стене, осознала, что те показывают три часа ночи и, воодушевившись от предстоящего скандала, расправила рукоятку.

- Какая зараза будит меня посреди ночи?! Мне, между прочим, вставать через пару часов, а потом весь день, не сгибаясь…
- Да подожди ты бухтеть! У меня предложение к тебе.

Никитична наконец определила, откуда звучал голос, подняла глаза на мойку и, нахмурившись, уставилась на большую ярко-желтую губку.

- Ну? Чего тебе?
- Я, Никитична, всё слышала. Всё то, что тебе эти говорили, - губка обвела взглядом зал, понизила голос. - Я, Никитична, между прочим, очень тебя поддерживаю. И тоже ими жутко недовольна. И осуждаю.
- Да тебе-то что, Гульнара? Сиди себе на мойке, возюкайся по тарелкам. То ли дело я…
- Ээээ, не скажи, Никитична. Мне иногда даже хуже чем тебе приходится. Химия эта жуткая, тарелки жирные, и постоянно в раковине, постоянно! Жизни нет! Сил нет!
- Ну, может быть, - Никитична задумалась, представляя себе весь день, проведенный в раковине и пене. - А что хотела-то?
- Предложение у меня. Ты отдохнуть от всей этой нашей неблагодарной работы хочешь?
- Еще спрашиваешь!
- Так слушай. Подгреби сюда поближе, чтоб без посторонних. В общем, нам что надо? Чтоб ни гости не приходили, ни персонал не работал. Тогда и тихо будет, и чисто, и никто нас дергать не будет. Отдохнем, стало быть. А для того, чтоб никто тут не мусорил, не грязнил, я придумала План.

Губка торжествующе взглянула на Никитичну. Та молчала, сосредоточенно глядя в губочные глазки. Губка стушевалась.

- Ты чего, Никитична? Я, говорю, План у меня!
- И?
- Что и?
- Заполошная ты, Гульнара! И что, план? Ты думаешь, сказала "план", и я сразу на все соглашусь? Ты мне дело давай, суть! Кого бить, кого в плен, кого - измором…
- Что ты, что ты, Никитична! Какие плены-изморы, тут по науке надо, тоньше. Что ж ты… Я про другое. У меня связи есть, через двоюродного брата, контейнера для холодильников. Он может договориться, обсудить кое с кем кое-чего. И если всё сложится, то напрямую сюда, к мойке доставят пару десятков яиц…
- Яиц? Яиц?!! С чего бы вдруг сюда тащили яйца? Да и каким боком это нам поможет?
- Ты подожди, Никитична, не беги. Я говорю: доставят яйца. После этого будет уже твоя задача: заставить эти яйца разбиться.
- Разбиться?
- Разбиться. Причем, с самыми безобразными последствиями. Так, чтоб, вот, и по раковине, и по полу всё размазано было, по обуви, одежде. Чтоб скорлупа везде, осколки. Ну, понимаешь, да?
- Да, да! – кровожадно зашептала швабра. - Побоище! Мы устроим им яичное побоище!

Но вдруг швабра изменилась в лице.

- Таааак, а убирать это всё кто будет?
- Мы.
- Мы? Мы?!! Да чтоб тебя!
- А не кипятись, Никитична. Яйца - это что?
- Что-что. Продукт.
- Ну, да, и продукт тоже. Но яйца - это, прежде всего, опасность. Опасность для здоровья людей. Яйцами переносятся всякие разные болезни, в частности - сыльманылёс.
- Сыльма… Болезнь, значит. А откуда это знаешь?
- А у меня мойщица опытная, Тамара которая. Она уже давно по кафешкам работает. Недавно, вот, охала, глядя как наши тут готовят. Как же вы, говорит, так себе позволяете, вы же людей сыльманылёсом кормите. А потом и рассказала уборщице, что за сыльмалёс и как им заражаются. Страшное дело, я тебе скажу…
- Хм, ну, не знаю. Т. е. ты предлагаешь всех вокруг заразить этим самым?
- Ага, - губка просияла. - Гениально, а? Представь, какая тишина, какое спокойствие будет!
- Эпидемия, значит, - Никитична заулыбалась. - А идея неплохая. Если этот твой сыльма-как-его-там действительно такой забористый, то, может, всё и получится. Значит, яйца, бьём, а потом убираем?
- Ну.
- Но если уберем, как же сыльма… эта вот зараза пристанет к людям?
- Ну, мне ли тебя учить, Никитична?! Химии бери поменьше, воды - побольше, протирай халатно, впитывай поверхностно. Вот и останется вся зараза, никуда не денется!

Швабра вздохнула.

- Это мы могём. А дальше-то? Ты ж не заставишь гостей пол лизать? А иначе зараза до них не доберется… Или твой сыльма… тьфу, этот вот, в общем, он что, еще и ползает?

Губка тихонько захихикала.

- Не, Никитична, сыльманылёс не ползает. Но я тебе гарантирую, что и без лизания полов гости и персонал позаражаются. Ты, главное, разбитие и распространение организуй.

Никитична скривила рот, свела брови. Потом пожала плечами, дернулась.

- Ладно, идет. Договаривайся там, с кем надо. Попробуем.

* * *

- Вера Алексеевна, ну, сколько раз вам говорить, чтоб вы более тщательно протирали пол? Вы же видите: у нас кафель, плитка. Она от воды становится скользкой, персонал падает. И ладно персонал, а если гости? Вы представляете? Гости! Ноги, руки сломанные! Головы пробитые!
- Да всё я понимаю. Но я ж не виновата, что швабра эта модная, которую вы мне купили, так плохо впитывает. Дали б обычную, с тряпкой, буквочкой "тэ"…
- Вера Алексеевна, ну, вы что?! Ну, какие буквочки? Мы вам купили профессиональную, высокотехнологичную швабру, буквально космические разработки. А вы недовольны! Это же прекрасная швабра, наипрекраснейшая даже! А вы так…
- Ну, а из-за нее так вот и получается.
- Так - это вы про лужи?
- Про лужи.
- А вы знаете, что из-за этих ваших луж сегодня Семён себе нос о мойку разбил?
- Знаю, - плечи уборщицы поникли. - Жалко парнишку.
- Жалко. А знаете, что из-за этого он контейнер яиц по всех кухне разметал?
- Знаю. Убирала же.
- Убирала… Опять, наверное, лужи оставили? - управляющий тяжело вздохнул, махнул рукой. - Ладно, Вера Алексеевна, идите. За яйца взыщу с вас обоих: с вас - за лужи, с Семёна - за невнимательность. И разберитесь уже с этой шваброй!

Уборщица вышла из кабинета, с недовольным лицом свернула за угол кухни, выглянула в зал. Гостей не было. Вера Алексеевна подцепила швабру, провела ею по полу открытого кухонного отсека, лихо развернулась и чуть не столкнулась с разбитым семёновским носом.

- Ээээть! Куда ж ты, болезный, летишь?! Мало тебе носа?
- Не любите вы меня, Вера Алексеевна. Издеваетесь. Членовредительством занимаетесь, целенаправленно. Всё против меня.
- Я? Да никогда! Я о вас всех как мать забочусь. Мою тут за вами. Это швабра всё, дали мне какую-то дрянь космическую Она не впитывает ничего… Ой, Семён. У тебя, вон, полотенце на пол упало.

Повар наклонился, поднял полотенце, заткнул его за пояс фартука.

- Швабра, значит, космическая?
- Ну, не космическая, конечно. Ой, и тряпка упала. Подбери. А про швабру шеф говорит что-то там высокотехнологичное. Шут ее знает. Не впитывает она ничего. А после того, как всё тут от яиц отмыли, вообще ничего не вытирает. Вот смотри, смотри.

Уборщица несколько раз провела шваброй по полу, повернулась спиной к столу, неловко повернулась, зацепила шваберной ручкой большой поднос с контейнерами, доверху заполненных нарезанными зелеными листьями, кусочками мяса, куриным филе, кружочками маслин. всё это красочным калейдоскопом разлетелось по плиткам пола…

- Аааааа, Вера Алексеевна! Ну, как же вы так? Всё, всё, я сам всё уберу. Сам! Уходите. Вам лучше сейчас уйти, Вера Алексеевна…

* * *

- А ты смышленая, Гульнара. Даром что губка. Я б, конечно, если б не была так завалена работой, могла и сама такое придумать, но ты - молодец. Почти как швабра.
- Да, ладно, Никитична. Не все губки бестолковые. Нас просто недооценивают. Я ж тебе говорила - у меня связи, знакомые, ну, и интеллект, конечно.
- Иш как заговорила, интеллееееект. Но молодец, да. Толковая. Конечно, эпидемии не получилось, но двадцать с лишним человек - это тоже неплохо. Тем более, что нас закрыли. Тихо-то как, спокойно! - швабра изогнула рукоятку, потянулась в неге.
- Я ж вам говорила.

Тяжкий вздох прервал беседу.

- Дуры вы обе, - прогудел Валера. - Ох и дуры. Натворили делов…
- Много ты понимаешь, Валерий, - жеманно потянула  Гульнара. - Зато тихо. И чисто. Красота же!

111 112 113

P.S.: А как оно всё было по-настоящему - кто ж знает.
Tags: Хабаровск, сказка
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Пусть море будет

    Когда волна поднимается хотя бы до уровня человеческого роста, лучи склоняющегося к горизонту солнца просвечивают волну насквозь, сбоку, диагонально.…

  • Это память

    Снежная зима 1996-го. 31-е декабря. На заснеженной трассе между Белогорском и Благовещенском летит ярко-алый «жигулёнок». Время около пяти, ещё…

  • Вид порта Хабаровск на реке Амур

    Заметку почти два года назад писала для одного периодического издания, но публикация не случилась. А оставлять в неопубликованном виде жаль (хотя уже…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments